данное обстоятельство. Если препятствие однажды породило застой сексуальности, то может вполне случиться, что этот застой усилит торможение и заново активизирует детские представления вместо нормальных. Детские представления, сами по себе не болезненные, могут, так сказать, вследствие актуального торможения содержать слишком много сексуальной энергии.

Если это произошло, то такие представления становятся настойчивыми, приходят в противоречие с душевной организацией взрослого и должны подавляться с помощью вытеснения. Так на основе поначалу «безобидного» сексуального торможения, обусловленного актуальной ситуацией, возникает хронический психоневроз со свойственным ему инфантильным содержанием сексуальных переживаний. В этом суть описанной Фрейдом «регрессии к детским механизмам». Описанный механизм проявлялся во всех случаях, с которыми я имел дело. Если невроз существовал не с самого детства, а проявлялся позже, то «нормальное» торможение сексуальности или трудности половой жизни регулярно порождали рассеянность, и этот застой активизировал кровосмесительные желания и сексуальные страхи.

Следующий вопрос звучал так: являются ли сексуальная заторможенность и обычное отрицание сексуальности, стоящие у начала хронического заболевания, «невротическими» или «нормальными»? Никто об этом не говорил. Сексуальная заторможенность благовоспитанной девушки из буржуазной семьи казалась чем-то само собой разумеющимся. Я думал точно так же. Это означало, что вначале я вообще не размышлял об этом факте. Если молодая жизнерадостная женщина, живущая в браке, не приносящем удовлетворения, заболевала застойным неврозом, если у нее появлялся сердечный страх, то никто не задавался вопросом о торможении, мешавшем ей достичь сексуального удовлетворения. Со временем могли развиться настоящие истерия или невроз навязчивых состояний. Первым поводом к их возникновению было моральное торможение, движущей силой неудовлетворенная сексуальность.

В этой точке, разветвляясь, появлялись многочисленные возможности решения проблемы, но было трудно взяться за их быстрое и энергичное осуществление. Семь лет я верил, что работаю в полном соответствии с принципами фрейдовского направления. Никто не предчувствовал, что с постановкой названных вопросов началось пагубное переплетение в принципе несовместимых научных воззрений.

3. ОРГАСТИЧЕСКАЯ ПОТЕНЦИЯ

Случай с неизлеченным официантом поставил под вопрос правильность фрейдовской формулы терапии. Другой случай раскрыл механизм излечения как таковой. Я долго пытался примирить эти противоречия. Фрейд сообщает в своей «Истории психоаналитического движения» о том, как он однажды услышал рассказ Шарко молодому коллеге о женщине, у которой отмечались тяжелые симптомы. Ее муж был импотентом или очень грубым и неуклюжим при половом акте. Так как коллега, очевидно, не понимал связи между явлениями, Шарко вдруг с необыкновенной живостью воскликнул: «Mais, dans des cos pareils, c'est tojours la chose genitale, tojours! tojours! tojours!»

Фрейд пишет: «Помню, что меня на миг почти парализовало от изумления. Я спросил себя: но если он это знает, почему он не говорит об этом?» Год спустя после того, как Фрейд пережил этот эпизод, венский врач Хробак прислал к нему пациентку. Она страдала тяжелыми приступами страха и, восемнадцать лет назад выйдя замуж за импотента, все еще оставалась девственницей. Хробак дал следующий комментарий: «Мы знаем только один рецепт для таких случаев, но не можем прописать его. Он гласит: «Recipe. Penis normalis, dosim. Repetatur!» Это означает, что истеричка болеет из-за отсутствия гениталъного удовлетворения. Тем самым внимание Фрейда было обращено на сексуальную этиологию истерии, но он избегал последовательных выводов из слов Шарко. Это банально и больше похоже на народную молву, чем на вывод ученого. Я тоже, вместо того чтобы исследовать это явление, признать его существование и начать борьбу за его устранение, десятилетиями запутывался в построении психоаналитических теорий, отвлекавших от этой истины. Большинство психоаналитических теорий, появившихся после выхода книги Фрейда «Я и Оно», имели только одну функцию обречь на забвение слова Шарко: «В подобных случаях речь всегда идет о гениталиях, всегда! всегда! всегда!»

Тот факт, что ненормально функционирующие половые органы человека, приводящие к невозможности достижения сексуального удовлетворения для партнеров обоего пола, являются причиной появления большинства душевных заболеваний и даже могут быть причиной возникновения рака, казался слишком прост, чтобы его можно было воспринять.

Посмотрим, не впадаю ли я в мономанические преувеличения. Факты врачебного опыта всегда подтверждались там, где я работал: в моей частной практике, в психоаналитической амбулатории и в психоневрологической клинике.

Тяжесть душевного заболевания любого рода прямо связана с тяжестью гениталъного нарушения.

Перспектива лечения и его успехи непосредственно зависят от возможности достижения полного гениталъного удовлетворения.

Среди сотен пациентов, которых я наблюдал и пытался вылечить в ходе интенсивной и широкой работы, не было ни одной женщины, не испытывавшей нарушений вагинального оргазма. Среди мужчин примерно 6070% страдали грубыми гениталъными нарушениями вроде неспособности к эрекции при акте или преждевременным семяизвержением. Нарушение способности к генитальному удовлетворению, то есть к самому естественному из естественных свойств человека, оказалось болезненным симптомом, который встречался у всех без исключения женщин и у только что названного процента мужчин. Поначалу я не размышлял об оставшихся 3040% мужчин, казавшихся здоровыми в генитальном отношении, но на деле являвшихся невротиками. Небрежность в размышлениях над клиническими результатами лежала вполне в русле психоаналитических воззрений, в соответствии с которыми импотенция или фригидность «только один симптом среди многих других».

В ноябре 1922 г. я предложил для обсуждения в Венском психоаналитическом объединении доклад «Границы воспоминания в психоаналитическом лечении». Большинство присутствующих поддержало мои выводы, так как все терапевты мучились с основным правилом, которому больные не следовали, необходимости вспоминать, ибо больным надлежало


<<Назад Начало Вперёд>>