медита­цию. Более того, это медитация, внесенная в межличностную ситуацию в качестве акта самораскрытия. Это позволяет вести наблюдения терапевту (для неопыт­ных это обязательно) и может также добавить значимость к содержанию осознанности.

Не сомневаюсь, что поиск слов и процесс рассказа мо­жет интерферироваться с определенными состояниями рас­судка; процесс выражения также добавляет осознанность к упражнению, вне его будучи простым средством информа­ции во время вмешательства терапевта. Можно указать на следующие преимущества коммуникативной осознанно­сти:

1)  Акт выражения бросает вызов отточенности сознания. Не совсем правильным было бы говорить, что мы знаем что-то, но не можем выразить это словами. Конечно, сло­ва это просто слова, ими всего не скажешь, но в грани­цах ясности восприятия, сопутствующей способности выражать, художник становится господином сознания, а не опытным моделистом. В искусстве, как и в психотера­пии, задача передать что-то способствует истинности ви­дения, зависит от него, а не от праздного желания видеть.

2)   Наличие свидетельства обычно ведет к усилению и внимания, и значимости наблюдаемого. Думается, что чем сознательнее наблюдатель, тем больше отточено его внимание; сознание как бы контагиозно, то есть человек не может не смотреть на то, что выставлено для другого.

3)  Содержание сознания в межличностных ситуациях ес­тественным образом тяготеет к межличностным отноше­ниямтогда как медитирующий в  одиночестве, сфокусированный на «здесь и теперь», будет системати­чески терпеть неудачу в поисках подобного содержания в своем поле осознанности. Поскольку это в основном, мо­дель отношения и самовоображения в процессе отноше­ния,           подвергающаяся          возмущению          в психопатологических условиях, данный фактор прини­мает угрожающие размеры в упражнении «здесь и те­перь» в терапии, чем в ситуации Я-ТЫ.

4)  Межличностная ситуация делает концентрацию на на­стоящем более затрудненной, поскольку извлекает про­екцию, избегания и самообман вообще. К примеру, то, что для одинокого медитатора может быть серией наблю­дений физического состояния, в контексте коммуника­ции может стать внедренным в чувство тревоги о возможности неинтересности для терапевта, представит­ся, что такие наблюдения являются тривиальными и по­казывающими бессодержательностьВозбуждение подобных чувств и фантазий достойно внимания:

аесли концентрация на настоящем есть желаемый путь жизни, обычно сопутствуемый превратностями межлич­ностных отношений, проверка контактом влечет за собой идеальную учебную ситуацию. Я бы хотел обратиться к мысли, что практика сиюминутности является истинно верным упражнением, а не просто случаем для видения собственного внутреннего мира. Подобно тому, как быва­ет в поведенческой терапии, это является процессом бес­чувственности, в котором индивид становится свободным от обусловленности избегаемого переживания, он узнает, что бояться нечего.

б)   К вышесказанному относится тот факт, что именно осознание трудности в концентрации на настоящем мо­жет привести к первому шагу, чтобы их превзойти. Пере­живание принудительного качества тягостного раздумья или размышления может быть неотделимым от понима­ния альтернативы им и в истинном понимании различий между высказываниями рассудка и концентрацией на на­стоящем.

5)  Терапевтический контекст позволяет наблюдать про­цесс самонаблюдения когда терапевт возвращает пациен­та обратно к настоящему, когда тот отходит от настоящего (то есть от себя самого). Здесь есть два пути. Самый про­стой (кроме простого напоминания о его задаче) состоит в подведении его шаг за шагом к тому, что он делает бессознательно. Это сопровождается направлением его внимания на аспекты его поведения, которые формируют часть его автоматических моделей реагирования или сталкиваются с его намеренными действиями. Простое служение ему зеркалом может помочь привести его в фокус его отношений с самим собой и с его действиями в целом.

П. :   Не знаю, что теперь сказать...

Т. :   Вижу, что вы на меня не смотрите.

П. :   (хихикнула)

Т. :  А теперь прикрыли лицо.

П. :   Вы меня смущаете!

Т. :   Теперь закрылись обеими руками...

П.:   Прекратите! Нельзя же так!

Т. :   Что вы теперь чувствуете?

П. :  Смущение! Не смотрите на меня!

Т. :   Ну, так и смущайтесь на здоровье.

П. :  Я живу с этим всю свою жизнь!

Всего стесняюсь!

Будто бы даже не чувствую своего права на жизнь!


<<Назад Начало Вперёд>>