Испрашивание Разрешения

Такая ситуация достаточно часто возникает в контакте индивидуальной и групповой терапии. Просьба может быть явной или завуалированной, в зависимости от этого она становится отражающей или выражающей. В испрашивании одобрения какого-то намечаемого действия, отнимаю­щего у группы время (истерика, плач и т.д.), индивид таким образом манипулирует ситуацией, что другие берут на себя ответственность за его действия, т.е. он избегает тупика, где надо принимать решение. «Испрашивание раз­решения» это не поиск информации, имеют ли другие желание, чтобы ты поступил таким-то образом. Поскольку это поведенчески против поощрения рискованности и от­ветственности; стоит Гештальт-терапевту только указать, по необходимости, индивиду на его желание поддержки, как тот сам предстает перед своими свободой и страхом.


Требовательность

Отношение Гештальт-терапевта в связи с выражением требований будет меняться в зависимости от индивида и ситуации. Часто он сам может быть требовательным в ин­дивидуальной работе или в групповых упражнениях, тем самым противодействуя торможению желаний, которое яв­ляется частью нашего воспитания с раннего возраста. С другой стороны требовательность это нечто большее, чем выражения. Хотя для терапевтики идеальным пред­ставляется, когда индивид свободен требовать, но точно таким же идеалом будет, когда индивид достаточно свобо­ден, чтобы не быть требовательным; в акте требования мы часто не в состоянии позволить другим раскрыться или рас­крыть себя.

Нужда, чтобы другие что-то делали или не делали, про­порциональна нашей сбалансированности, где мы чувству­ем себя комфортно только тогда, когда окружение «советует» и никто не давит на наши «болевые точки». Мы не можем другим позволить быть такими, чтобы не суметь потом взаимодействовать с ними или испытывать их непри­ятие. Они должны подходить под наши идеалы, в против­ном случае мы злимся, а позволить себе испытывать подобное отрицательное чувство мы не можем. Или же мы должны действовать так, чтобы наше внутреннее представление о мире требовало бы пересмотра и мы бы поэтому поводу не расстраивались и т.д. Из-за таких проявлений требований терапевт может иногда настоять за Золотом Правиле «выражения переживаний» (в данном случае же­ланий или дискомфорта), а не на устных императивах, по­ложительных или отрицательных. Иначе он будет воспринимать требования как ключи к зонам, где индивид нуждается в манипулировании своим собственным пережи­ванием посредством манипулирования другими, и будет поступать согласно этим ключам в соответствии со своим видением ситуации.


Глава пятая

Экспрессивная Техника

Осознанность может усиливаться как через суппрессию, так и посредством экспрессии. Сопротивление импульсу может способствовать возрастанию осознанности, подобно тому, как возрастает наше ощущение давления потока, когда мы ему противимся. Точно также в суппрессии кли-ше-обусловленных реакциях, играх, составляющих не­которые наши реакции, мы осознаем выше автоматического реагирования.

Преувеличение экспрессии импульса такой же эф­фективный подход для усиления осознанности. Более того, суппрессивные правила, о которых мы говорили раньше, могут рассматриваться как средства для развития истинной экспрессии индивида (как подавление шумов выделяет ин­формацию) .

Мы знаем о своей внутренней «сущности» в основном через экспрессию. На наше представление о том, что мы есть, воздействует, а иногда и полностью его обусловливает то, что мы не смогли сделать или что мы сделали. (Некото­рые экзистенциалисты пошли бы еще дальше, говоря, что мы это то, что мы делаем, что нельзя разделять эти по­нятия). И все же, даже если мы и то, что мы делаем, мы лишь переживаем, как сквозь темное стекло, конкретные действия и физические состояния, выражающие наше бы­тие.

Место интенсифицированного выражения или экспрес­сии в науке об осознанном может быть сравнимо со значе­нием ручек контрастности для изображения на телевизионном экране или регулятором громкости для ра­диоприемника. В этой аналогии чистая практика внима­ния, являющаяся постоянным фоном для Гештальт-терапии, соответствовала бы сконцентрированности на экране и осознанному наблюдению за телепереда­чей. Суппрессивный аспект Гештальт-терапии, с другой стороны, может быть сравнен с выключением света в ком­нате или с закрытием окон, чтобы убрать мешающий улич­ный шум.

Посредством суппрессивных просьб терапевт разуверя­ет пациента в том, чем пациент на самом деле не является; инициируя его экспрессию, терапевт стимулирует то, чем пациент является. Когда пациент становится способом вы­ражать скрытое в нем, он не только может развить себя по отношению к другому, но


<<Назад Начало Вперёд>>