Глава девятая

Психологическое Дзю-до


Как я говорил в Главе 2, Гештальт-терапия часто усили­вает терапевтический идеал (аутентичность и концентра­ции на настоящем) и вместо работы по будущему исправлению старается достичь здорового отношения в на­стоящем через конфронтацию «игр» и уверток старания, направленных на то, чтобы быть истинным, поиск досто­верности решение быть «прямым», уйти от «дерьма со­бачьего» все это и есть истинность. Постоять за себя означает принять ответственность за наши нынешние по­ступки и упущения. Направленность к органичной регуля­ции ведет к укреплению личности в данный момент.

Такой подход между тем является лишь половиной Гештальт-терапии. Можно назвать его «прямым подходом». На практике же многие указания терапевта выделяют совер­шенно обратное: он призывает пациента быть не столько искренним, сколько преувеличить свою фальшь; вместо по­ощрения спонтанности экспрессии он может попросить па­циента идентифицироваться с его сверхэго или же обыграть, вложить все свое сердце в роль самокритики, требовательности к себе; или препятствовать, саботировать себя. Вместо принуждения пациента минимизировать свои просчитывания и игру фантазии, терапевт может также попросить его следовать своим фантазиям как в управ­ляемым грезах Дезоилля или читать проповедь или лек­цию. Говоря вообще терапевт предлагает пациенту преувеличить и принять сторону своей психологии, своего избегания, всех" своих тенденций, находящихся в противо­речии с терапевтическим идеалом.

Подобное отношение принятия стороны симптомов мо­жет быть выражено словами Уильяма Блейка: «Упорствуя в глупости, глупец становится мудрецом». Перле нередко выделял бесспорную ценность принципа подобной стратегии: ты никогда не покончить с чем-то, сопротивляясь. По­кончить можно, лишь углубившись в это. Если ты язвите­лен, стань еще более язвительным. Если послушный стань еще более послушным. Что бы это ни было, но если ты проникаешь в него достаточно глубоко, оно исчезает, ассимилируется. Сопротивление ничего хорошего не дает. Ты должен войти в него полностью, слиться с ним. Слиться со своей болью, беспокойством, с тем, что тебя мучит. Пользуйся своей язвительностью. Пользуйся окружением. Пользуйся всем, с чем ты борешься, от чего хочешь изба­виться. Хвались этим! Хвались тем, какой ты великий са­ботажник. Если бы ты участвовал в движении сопротивления в последней войне, то, вероятно, стал бы героем.

Данный принцип можно воспринимать подобно прин­ципам борцов дзю-до или Тай-Чи-Чуан, где врага побеж­дают, не сопротивляясь, а отводя его силу или толкая его дальше по направлению его движения. Как борец может быть силен в своей мягкости, поскольку не нейтрализует противника, а использует его же силу, точно так же Геш-тальт-терапевт (или пациент) может пользоваться энер­гией, запертой в виде симптомов или сопротивлений, простой стимуляцией ее выражения и/или мягкой правкой ее направления, пока не наступит трансмутация неврасте­ника в эмоционально здорового человека с сильным харак­тером.

Я не уверен, что «ты никогда не справишься, сопротив­ляясь». Думаю, что большая часть Гештальт—терапии мо­жет рассматриваться как тренировочная ситуация, в которой мы сопротивляемся искушению избегать, выдви­гать претензии, просчитывать и др., и в этом процессе учимся чувствовать себя удобно без вывертов, которые ста­ли частью нашей «личности». Другими словами, я считаю, что мы в состоянии противиться своим отклонениям до не­которых пределов и небезуспешно. Величина успеха данного направления обусловливает облегчение и эмоцио­нальную правильность переживания. Ненаправленным или окольным путем стратегия сопутствия, а не борьбы с симптомами можно идти до тех пор, пока мы не достиг­нем своих личных пределов. Думаю, что наиболее успеш­ные гештальт-терапевты знают об этом подспудно и умеют варьировать прямой путь и ненаправленный, «противоположный» (противоположный практике здорового отноше­ния, в котором используется временное попустительство тому, что проявляется как противоположное нам). Тера­певт стимулирует пациента на противостояние испытанию прямого пути, принимает его неудачи в этом, как ключи, которыми потом пользуется в работе посредством усиле­ния, объяснения, развития и идентификации. Большая часть эффективности Гештальт-терапевта, я думаю, бази­руется на способности восприятия неврастенического ха­рактера, в умении видеть отклонения от здорового самосознания и спонтанности состояния. Руководствуясь своим «нюхом», терапевт предлагает или направляет паци­ента на то, чтобы он стал своей противоположностью что и происходит с перепроявленными увертками. В стратегии Гештальт—терапии терапевт ведет пациента через процесс, подобный тому, в котором ребенок, учащийся сидеть, от­крывает, что, чтобы сесть, нужно повернуться к спинке стула спиной, а не лицом.

Подобное открытие обычно и происходит в сеансе по Гештальту, при непосредственном участии, тогда как сто­роннему наблюдателю суть дела может и не открыться. Пациент открывает, что его возмущение


<<Назад Начало Вперёд>>