Актуальные отношения и контрперенос

 

Правильное чередование терапевтических отношений сочувственной поддержки и разумной фрустрации (skilled frustration) мало-помалу способствует обретению клиентом своей автономии (самоподдержки — self-support).

Как я только что подчеркивал, Гештальт-терапевт в критическом случае без колебаний выскажет свои собственные чувства, возникшие у него в актуальной ситуации. Он даже может иногда позволить себе раскрыть свои вкусы, свое отношение, свои радости и трудности:

«Я считаю, что ты способен к живописи, но я лично не любитель абстрактного искусства: я предпочитаю акварели Дюфи!»

Этот прием называется «самораскрытие» (self-disclosure) — сознательное раскрытие себя в отношениях аутентичного, но контролируемого и селективною участия. Поэтому: в мыслях я согласен со всем, что я говорю, но не говорю всего, что mу меня есть в мыслях... и более того, не делаю (увы!) всего, что мне захочется!

Я присутствую здесь как неповторимая личность, оставаясь здесь самим собой, а не для самого себя!

Таким образом, я устанавливаю актуальные личные отношения, которые частично затрагивают реалии социальных, межличностных отношений обоих партнеров. В этом случае я оказываюсь:

в эмпатии с клиентом — то есть «в нем»,

• конгруэнтным самому себе — то есть «в себе»,

• в отношениях симпатии («я/ты») — то есть «между нами».

Обычно клиент высоко ценит подобные равные отношения, где он чувствует себя признанным в качестве субъекта, достойного собеседника, а не простого объекта профессионального интереса пусть добросовестного, но безразличного терапевта (Итальянский гештальтист Эдоардо Джусти объединяет роджерианский подход и Гештальт в направление, которое он называет Гештальт-консультирование (Gestalt Counseling). Гештальт- практик по возможности в качестве терапевтического средства использует свои собственные переживания,

предпочитая «нападающее» применение своего контрпереноса простой «защитной» бдительности.

Итак,

• в классическом психоанализе аналитик особо внимательно относится к поддержанию переноса клиента, стараясь максимально контролировать свой собственный контрперенос;

• в Гештальте, наоборот, терапевт стремится ограничить перенос клиента, обращая свое внимание на преднамеренное использование собственного контрпереноса посредством непрерывного осознавания (awareness) всех своих телесных ощущений и эмоций, возникающих в ответ на вербальное поведение и движения клиента.

Следует подчеркнуть, что среди современных психоаналитиков все в большей степени устанавливается такое позитивное отношение к контрпереносу, которое раньше критиковалось. Так, например, Нахт пишет:

«Долгое время аналитики были убеждены в том, что благодаря нейтральным отношениям они могут быть «хозяевами» своих собственных бессознательных реакций контрпереноса и даже могут устранять их.

Нам известно сегодня, что контрперенос, так же как и перенос, оказывается плодотворным для аналитической работы, конечно же, при условии, что он действует в благоприятном для больного направлении».

А Гарольд Сирлз заявляет:

«Мое чувство самости стало [...] моим самым надежным источником информации о том, что происходит между пациентом и мной, и о том, что происходит у самого пациента [...] это очень чувствительный и полезный научный инструмент, поставляющий информацию о том, что происходит в процессе лечения и часто недоступно для его вербального выражения пациентом»Scarles H. Le contre-transfert. Paris. Gallimard, 1981.

 

Так современный психоанализ, вслед за Гештальтом, возвращается к идеям, сформулированным еще в 30-е годы Ференчи (один из учеников которого, Карл Ландауэр, был супервизором в дидактическом анализе у Перлза). А такие знаменитые психоаналитики, как Мелани Кляйн, Винникотт и Балинт, получившие образование у Ференчи и его учеников, сами, каждый по-своему, разработали «активную технику», в которой большое место занимает использование контрпереноса и, в частности, работа с его телесными отголосками.

 


< Назад | Начало | Дальше >